В России за первые 10 месяцев 2025 года зафиксировано снижение числа случаев интернет-мошенничества на 10% по сравнению с аналогичным периодом 2024 года. Об этом сообщил заместитель председателя правительства Дмитрий Григоренко в ходе совещания с представителями Минцифры, ссылаясь на результаты внедрения комплекса антимошеннических инициатив.
Согласно официальной информации правительства, снижение уровня киберпреступности стало возможным благодаря реализации федерального закона №41-ФЗ.
Этот документ определяет создание государственной информационной системы, направленной на предотвращение преступлений, совершаемых с использованием информационных технологий. Одновременно был запущен ряд сервисов в экосистеме «Госуслуг», а также масштабная технологическая платформа «Антифрод».
Особое значение в рамках первой волны инициатив получила возможность граждан самостоятельно ограничивать финансовые действия, проводимые от их имени. Более 20 млн пользователей уже воспользовались функцией самозапрета на оформление кредитов.
Благодаря этому злоумышленники, получившие доступ к персональным данным, не могут оформить заём без ведома владельца. Такой механизм стал одной из самых востребованных функций на «Госуслугах».
Помимо этого, с августа 2025 года было заблокировано более 13 млн мошеннических смс-сообщений, содержащих ложные коды для входа на портал «Госуслуги». Нововведения предусматривают, что подобные коды теперь не отправляются во время активного телефонного разговора. Эта мера снижает вероятность одновременного получения звонка и смс, что ранее часто использовалось в схемах социальной инженерии.
Правительство уже приступило к подготовке второго пакета антимошеннических инициатив. Как сообщил представитель аппарата Дмитрия Григоренко, планируется внедрение маркировки международных вызовов, чтобы граждане могли быстро распознавать подозрительные номера. Также будет реализован удобный механизм подачи заявлений о кибермошенничестве через портал «Госуслуги». Эта мера позволит упростить процесс фиксации инцидентов и повысить скорость реагирования правоохранительных структур.